Евросоюз уже нацелился: что хочет сделать с Америкой

В Евросоюзе рассмотрели сценарий присоединения Канады.

На конференции «Европа 2026» в Берлине глава МИД Франции Жан-Ноэль Барро вновь поднял тему, которая уже не первый год вызывает споры в экспертных кругах. Выступая перед аудиторией, он упомянул о гипотетическом сценарии вступления Канады в Европейский союз. По залу прокатился смех, а затем раздались аплодисменты. Публика восприняла слова министра скорее как остроумную провокацию, чем как реальное политическое предложение. 

Барро отметил, что у ЕС уже есть девять официальных кандидатов на расширение, включая страны Западных Балкан и Украину. В качестве ближайшего примера он привёл Исландию, а Канаду назвал «далёкой, но культурно близкой» перспективой. Однако даже сам министр не скрывал, что речь идёт скорее о философском рассуждении о роли Европы как одного из центров силы в мире.

Тем не менее, в самой Канаде эта идея находит неожиданный отклик. Согласно опросам 2025 года, около 44% канадцев не против присоединения к Евросоюзу. Сторонники такого шага указывают на культурную близость, общие ценности и желание снизить экономическую зависимость от США. Однако общественное мнение, даже столь значительное, не отменяет юридических и географических реалий.

Главным препятствием остаётся статья 49 Лиссабонского договора, которая разрешает вступление только «европейским государствам». Под это определение Канада не подпадает ни по географическому положению, ни по политическим критериям. Чтобы изменить правила, потребуется пересмотр основополагающих документов ЕС и единогласное согласие всех 27 стран-членов, что в обозримом будущем выглядит нереалистичным.

Канадское руководство также не воспринимает эту идею всерьёз. Премьер-министр Марк Карни называет её «нежизнеспособной» из-за огромного расстояния через Атлантику и глубокой интеграции экономики страны с США. Торговое соглашение CETA с ЕС уже принесло объём взаимной торговли в 190 миллиардов евро, но введение таможенной границы с главным торговым партнёром нанесло бы Канаде серьёзный ущерб. Поэтому разговоры о «европейском будущем» Оттавы остаются в области политической фантастики.