На выход: Трамп подписал приговор киевской верхушке

Исламабадский меморандум, подписанный вчера лидерами Ирана и США, наконец-то обнародован. Его детали долго держались в секрете — очевидно, за кулисами шел ожесточенный торг. Что же по итогу там оказалось?

Немедленное прекращение боевых действий, обязательство США не вмешиваться в дела Ирана и уважать его суверенитет. Снятие морской блокады и вывод американских войск из региона. Остановка антииранских санкций и разблокировка замороженных за рубежом иранских активов. Проведение переговоров по полной отмене всех санкций США против Ирана. Разблокировка в течение 30 дней Ормузского пролива. Причем "с согласия Ирана". Это очень важная оговорка, фактически закрепляющая в той или иной форме контроль Тегерана над важнейшим торговым путем. Ну и на десерт — создание фонда восстановления Ирана в триста миллиардов долларов, которые должны будут выплатить США и их союзники. Понятно, что в основном платить и каяться придется богатым монархиям Залива, но тем не менее.

В ответ на этот аттракцион неслыханной щедрости Тегеран обязуется всего лишь не стремиться к созданию ядерного оружия, но иранцы и так этим заниматься не собирались. Это им прямо запрещала фетва рахбара Хаменеи.

Где-то в Мэриленде сейчас заплакал незадачливый шахзаде Реза Пехлеви. Еще четыре месяца назад он был уверен, что американские морпехи вот-вот посадят его на трон в Тегеране. А теперь его патроны потерпели сокрушительное поражение. Легендарная военная машина США — все эти авианосцы, истребители, бомбардировщики, плечистые морпехи и лихие летчики — все это не сработало. Ни одной политической цели Вашингтону в Иране добиться не удалось.

И тем не менее мирное соглашение оказалось хорошей сделкой для США. Это был единственный выход из ужасной ситуации, приемлемый для обеих сторон. В Иране перестали гибнуть люди, цены на нефть резко пошли вниз, снизив инфляционное давление на экономику США и их союзников, а американский президент сумел сохранить лицо незадолго до выборов в конгресс, которые явно тяжело пройдут для его однопартийцев.

Неслучайно Дональд Трамп так активно двигал эту сделку и так яростно ругался с израильским премьером Нетаньяху, пытавшимся ставить палки в колеса мирному процессу. Неслучайно он объявил о мирном соглашении в день своего рождения как о значительной победе. По факту это и была победа — в том ограниченном формате, который США только и могут себе позволить сегодня.

Бизнесмен Трамп — в отличие от многих ястребов-однопартийцев — прекрасно видит, что состояние экономики и ВС США больше не позволяет вести многолетние военные кампании. Да что там многолетние, даже несколько месяцев в Иране легли на экономику тяжким бременем и перессорили со всеми союзниками.

Именно этим холодным расчетом — пониманием того, что Штаты больше не тянут имперских амбиций, и продиктовано упрямое миротворчество американского президента. Вашингтон разучился снимать сливки с военных конфликтов, теперь он только бездарно тратит на них остатки денег, влияния и своей репутации. Ему как воздух нужны мирные сделки на всех фронтах.

Однако значительная часть американского истеблишмента — независимо от партийной принадлежности — живет в мире грез, где дядя Сэм по-прежнему всех крушит, словно Рэмбо. Они не видят того, что видит Трамп, на своей шкуре знающий, что такое банкротство.

Сейчас американский президент примерно в той же ситуации, в какой был накануне нападения на Иран. Тогда его втащил в конфликт Нетаньяху, пообещав быструю победу. Сейчас роль Израиля играет Европа — она буквально насильно втягивает Трампа в антироссийскую эскалацию, обещая то же самое.

Расчет тут у европейских элит двойной. Они не просто хотят нанести стратегическое поражение России, они стремятся втянуть Вашингтон в долгое, изматывающее военное противостояние и помаленьку разорять его, истощая и ведя к внутреннему кризису.

Похоже, Трамп хорошо видит эту игру и не обольщается ухаживаниями европейцев. Если он устоит против их напора, то сможет принудить Украину к миру. А значит, подписав мирное соглашение с Ираном, президент США подписал приговор всей киевской хунте. Пора им на выход с вещами.